6. Доминантой, определяющей характер ситуации в регионе, является ориентированность большинства государств на широкомасштабные экономические реформы и наличие реальных предпосылок для их осуществления. Страны Восточной Азии глубоко вовлечены в «новую экономику», хотя они все еще отстают в этом плане от более развитых стран. Для этого явления используется такой термин, как «восточноазиатское экономическое чудо».

Китай в начале XXI века играет одну из ключевых ролей в формировании облика и контуров не только Восточной Азии, но и миропорядка в целом, быстро превращаясь в один из главных центров мировой экономики. Он занимает 1-е место в мире по численности населения, 2-е место по объему ВВП, обладая при этом 3-им по мощности ядерным потенциалом. Важно учесть, что впервые в своей истории эта страна разрешила проблему обеспечения своего громадного населения продовольствием и предметами первой необходимости.

Удельный вес Индии в южно-азиатском геополитическом регионе преобладает: на ее долю приходится более 73 % территории, свыше 75 % населения и до 80 % валового продукта региона. Как и Китай, Индия обладает огромным потенциалом для развития и трансформации. Это вторая демографическая супердержава в мире. Трудно отказаться от представления об Индии как стране отсталой и бедной, но вместе с тем фактом является то, что в начале XXI века экономика Индии достигла впечатляющих успехов.

Процессы конца ХХ – начала XXI века стали причиной и одновременно результатом своего рода социально-психологической «революции» в сознании народов Восточной Азии. Они в значительной мере преодолели своеобразный комплекс неполноценности в отношении Запада, сложившийся в течение многих поколений. Одним из проявлений этой революции стало формирование новой азиатской идеи, которая становится неким объединяющим скрепом региона как самостоятельного геополитического пространства.

Существует комплекс идей и ценностей, которые в совокупности составляют азиатскую модель, или азиатскую идею, которую местные сообщества начинают противопоставлять евроцентризму. Если первоначально преобладала концепция «японского чуда», то в последние десятилетия она, равно как и вновь появившиеся идеи «китайской модели», «модели новых индустриальных стран» и т.д., стала частным случаем концепции «азиатизации» или в более широком смысле «тихоокеанизации» Восточной Азии.

Сингапурский исследователь К. Махбубани говорит о выдвижении на передний план «тихоокеанского импульса» на смену господствовавшему до сих пор «атлантическому импульсу». По его мнению, если в течение последних нескольких столетий атлантический импульс определял направления мировой истории, то теперь евроцентристским аналитикам придется пересмотреть свои концепции, если они хотят правильно понять ее дальнейший ход.

Регион является важным элементом внешнеполитических стратегий и других политикоформирующих документов и концепций Китая и США. Конфликт интересов США и КНР в Азиатско-Тихоокеанском регионе вызван, с одной стороны, укреплением Китая в качестве одного из полюсов системы международных отношений, обусловленного его значительным экономическим ростом и стратегическими планами развития, с другой стороны, намерением США и дальше сохранять позиции сверхдержавы.

Китайская политика в ЮВА исходит из поставленной руководством страны задачи превращения её в «сильную морскую державу», что в свою очередь рассматривается как неотъемлемая и важная составная часть «великого возрождения китайской нации». Первоочередное значение придаётся расширению морского стратегического пространства Китая. При этом подчёркивается необходимость принимать во внимание, что в настоящее время подобные устремления характерны для многих стран мира.

Created with the Personal Edition of HelpNDoc: Produce Kindle eBooks easily